ЛИК. Задание для студентов (бакалавриат, магистратура)

Уважаемые участники конкурса, обращаем ваше внимание на то, что вам предлагается выбрать и выполнить ОДНО из двух приведенных ниже заданий. Если вы выполните оба задания, оцениваться они будут независимо друг от друга (баллы не суммируются).

 

Задание С1

Напишите эссе на тему «Почему женщины – героини пьесы В. Гуркина “Любовь и голуби” (Надя, Раиса Захаровна, баба Шура) говорят о Василии “хороший мужик”?» Совпадает ли их видение «хорошего мужика» с вашими представлениями о положительном мужском типе. Можно ли утверждать, что образ Василия у Владимира Гуркина наделен чертами национального характера?

Ориентировочный объем эссе – 700–800 слов.

Файл с текстом размещается на сайте конкурса. Название файла должно соответствовать образцу: Фамилия Имя_С1 (например: Иванов Иван_С1).

 

Критерии оценивания:

1.      Соответствие работы заданной форме (эссе).

2.      Доказательность и оригинальность суждений пишущего.

3.      Глубина раскрытия образа Василия (с опорой на текст произведения).

4.      Помните: большое количество орфографических, пунктуационных, речевых ошибок влияет на восприятие вашего текста!

Работы оцениваются по стобалльной шкале.

 

Задание С2

Опираясь на приведенные ниже высказывания известных людей о Владимире Гуркине, напишите эссе или очерк, который будет представлять собой литературный портрет писателя. Какой создается образ человека Владимира Гуркина, образ актера и образ драматурга в воспоминаниях?

Вы можете включить в свою работу и другие цитаты режиссеров, актеров, близких друзей, знавших Гуркина и оставивших о нем воспоминания (в этом случае обязательна ссылка на источник: печатный или электронный).

Придумайте такой заголовок для своего эссе (очерка), который бы наиболее точно указывал на смысловые акценты образа писателя.

Ориентировочный объем эссе (очерка) – 700–800 слов.

Файл с текстом размещается на сайте конкурса. Название файла должно соответствовать образцу: Фамилия Имя_С2 (например: Иванов Иван_С2).

 

Цитаты (с указанием страниц) приводятся по изданию: Гуркин В.П. Любовь и голуби : Пьесы ; воспоминания о драматурге. М.: Время, 2014. 786 с.

 

Дмитрий Брусникин (заслуженный артист России, режиссер, театральный педагог): «У Володи такая внутренняя организация, что он принимает близкого ему человека, причем принимает с сибирским размахом – сразу и целиком. И поселяет его внутри себя надолго» (с. 691); «Язык, которым говорят его герои, настолько музыкален, точно отобран, что если актер попытается что-то переделать или добавить от себя, это будет звучать как фальшивая нота в слаженном оркестре. Потому что каждый человек у его настолько уникален, что у него существует своя музыка говорения слов» (с. 694).

Александр Булдаков (заслуженный артист России, актер Иркутского драматического театра, педагог): «Первое впечатление от него как от очень позитивного человека, какая-то энергетика в нем была положительная. Я даже не могу вспомнить, когда бы Вовка печалился. Когда он печалился […], он переживал это в одиночку, он не очень это любил демонстрировать, жаловаться, делиться. У него всегда была какая-то очень располагающая улыбка» (с. 696).

Ксения Драгунская (драматург, сценарист, писатель): «Штучный человек Володя Гуркин. Уходящая натура. Никакого мужского кокетства, позерства, самолюбования и всего прочего, что так мельчит и дешевит личность мужчины, что обычно тянется за актерами, даже если они уже давно переквалифицировались в драматурги или куда там. Игроком и забавляющимся наблюдателем в отношениях с людьми Володя никогда не был, вот еще что важно. Открытым был и настоящим» (с. 707).

Леонид Жуховицкий (писатель, публицист, драматург, педагог): «Володя Гуркин никогда ни с кем не конкурировал. Чужому успеху радовался, как своему, помогал всем, кому мог, а если возможности помочь не было, старался любым путем ее создать» (с. 708).

Виталий Зикора (народный артист России, актер театра и кино): «Он [Владимир Гуркин] никогда не ныл, не жаловался, не проклинал […] Володя внешне не отличался стальным и суперсильным характером. Он был фантазер, хохмач, лирик и очень мягкий человек» (с. 712).

Михаил Зуев (актер, драматург): «Он [Владимир Гуркин] не принимал драматургии ‘ниже пояса’. Юмор, жизнестойкость и щемящее чувство: жизнь тяжела, а люди прекрасны. Он обладал таким же терпением, как его герои, умел переносить невзгоды. У Володи целомудренные пьесы, от них исходит свет, как от пьес Вампилова, его любимого автора» (с. 713); «Володя – единственный известный мне человек, который ни о ком не сказал единого плохого слова. Промолчит и сменит тему. Напрочь отсутствовало это желание» (с. 716).

Александр Козловский (драматург, сценарист): «Владимир Гуркин любил людей безусловно и вне зависимости от времени суток. Я никогда не видел его раздраженным, брюзжащим или даже просто недовольным кем-то. В нем содержался неисчерпаемый источник оптимизма, непоколебимой внутренней уверенности, что все будет хорошо. Все его пьесы наполнены этой уверенностью, пронизаны этим духом» (с. 720).

Борис Любимов (театровед, педагог и критик, заслуженный работник искусств РСФСР, профессор): «У Володи мощный, сочный язык и каждый его персонаж предельно индивидуализирован» (с. 725); «Он [Владимир Гуркин] писал пьесу не просто потому, что ему надо было сочинить некое произведение. Он предельно чувствовал актера, чувствовал, что это не просто фраза, это реплика, это то слово, которое один персонаж посылает другому, а тот ему отвечает. В этом и состоит искусство драматурга, которое в нем, несомненно, было» (с. 728).

Владимир Меньшов (народный артист России, актер, режиссер, сценарист, продюсер): «Если посмотреть глазами Володи на эту жизнь, вы увидите, сколько в ней прекрасного, сколько замечательных людей. У него в пьесе ‘Саня, Ваня, с ними Римас’, когда человек рассказывает о своей дикой судьбе, как он на себе таскал женщину, которой ноги на фронте оторвало, и ребенка ее воспитывал, и при этом аде, в котором он жил, герой говорит: ‘Как-то мне всю жизнь везло на хороших людей’. Это вот точное мировоззрение Володи. Абсолютно адекватно ему» (с. 737).

Людмила Петрушевская (писатель, драматург): «Для меня пьеса Владимира Гуркина [Плач в пригоршню] – подлинное драматургическое изумление, я давно ждала такого национального, народного театра, безжалостного к истории и милосердного к героям» (с. 741).

Ия Саввина (народная артистка СССР, актриса театра и кино): «Приходя на репетиции [постановка пьесы ‘Плач в пригоршню’ Дмитрием Брусникиным], Володя садился в зале, где-нибудь в уголке. ‘Да я так, случайно зашел. Вы такие замечательные, я вас люблю’ […] И улыбался. Это была улыбка ‘чеширского кота’. Сначала появлялась его добрая, удивительная улыбка, а потом он» (с. 748).

Владимир Стержаков (актер театра и кино): «Когда я Володе что-то рассказывал, то он всегда слушал внимательно, немного улыбаясь, как-то хмыкая, смешно поглаживая бороду, и никогда не перебивал. Это редкое качество собеседника, поэтому хотелось высказаться, рассказать даже о чем-то сокровенном, личном, понимая, что будешь понят. Никогда не осуждал! Вот какую бы чушь и глупость я не нес. На мой вопрос: ‘Ты же понимаешь меня?’ отвечал: ‘Я же не дурак – я с Байкала’. Это походило на исповедь. Становилось легко и спокойно» (с. 751).

Николай Чиндяйкин (актер театра и кино, режиссер, педагог, народный артист России): «Это очень важно сказать: он [Владимир Гуркин] был не просто хорошим артистом, он был прекрасным артистом, просто потрясающим. Весь летящий, пружинистый, эмоции через край! И золотые кудри! Очень выразительный. А потом оказалось, такой глубины и пронзительности – писатель» (с. 757).

Сергей Юрский (актер, режиссер, народный артист РСФСР): «Происходящее на экране [о фильме «Любовь и голуби»] вызывает у миллионов людей абсолютное доверие – это наша жизнь, наши люди, мы их узнаем, это мы! Зрители сочувствуют им, как своим, смеются и хохочут над ними, как над своими, как над самими собой. А ведь это выдумка, сказка, гениальное обобщение русских характеров, созданное Владимиром Гуркиным» (с. 763).

Валерий Алексеев (народный артист России, актер Омского академического театра драмы): «Когда Володя начинал проникаться ролью, он погружался и отрешался от всего. […] Володя задавал тон спектаклю и собирал внимание зрителя. Именно он создавал камертон на весь спектакль, хотя работали мастера. Это ведь тяжелейшая работа, но делал он ее так самоотверженно. По существу, он передавал идею режиссера…» (с. 688).

 

Критерии оценивания:

1.      Соответствие работы заданной форме (эссе, очерк).

2.      Глубина описания личности Владимира Гуркина, опора на воспоминания о драматурге, отсутствие общих фраз, указание на детали, раскрывающие индивидуальный портрет писателя.

3.      Оригинальность и точность названия работы.

4.      Помните: большое количество орфографических, пунктуационных, речевых ошибок влияет на восприятие вашего текста!

Работы оцениваются по стобалльной шкале.